Сладкие выходные

Сладкие выходные

Второй рассказ из серии о приключениях обжорки Ксении

На дворе стояло теплое майское утро. Природа просыпалась от долгой зимней спячки и казалось, что каждое живое существо радовалось этому как могло. Душистые ароматы свежей травы и распускающихся на деревьях почек просто сводили с ума и каждый, сам того не замечая, вливался в этот резвый танец перерождения и обновления. Стаи птиц щебетали со всех сторон, да так, что складывалось впечатление, как будто они соревнуются между собой в громкости. Жизнь била через край.

 Тонкий луч весеннего солнца пробился сквозь щелку в задернутых шторах о пробежался по лицу Ксении. Девушка поморщилась и не открывая глаз повернулась на другой бок, упершись животом, еще округлым после вчерашнего пиршества, в спинку дивана. Она хотела поспать еще немного, ощутить эту безмятежную сладкую негу, которую ей дарили долгожданные выходные. Но зов природы оказался сильнее. Девушка недовольно фыркнула, лениво поднялась с дивана и побрела в уборную, шаркая ногами.

***

Ксюша долго стояла перед зеркалом во весь рост, которое висело у нее в прихожей еще с тех времен, когда она только переехала в эту квартиру. Но раньше она не обращала на него никакого внимания, изредка только заглядывая в него, и то только для того чтобы проверить как на ней сидит гардероб. Сегодня же оно полностью поглотило внимание девушки, точнее то, что в нем отражалось. Она стояла и пристально разглядывала себя, поворачиваясь то одним боком, потом другим, потом снова тем же. «Господи! И как только я раньше не обращала на это внимания?!» — говорила она сама с собой. Ее хрупкое нескладное тело казалось ей сейчас таким уродливым, таким мерзким, что ей даже не хотелось верить в то, что это она сейчас смотрит на нее из зазеркалья. «Ужас! Какой ужас! Ну надо же было себя так запустить. А еще удивлялась почему на нее никто никогда не обращал внимания.» — Ксения подошла поближе и стала рассматривать внимательно свое лицо. «Вот это скелет. Из всего лица одна единственная выдающаяся часть – глаза. Да причем еще как выдающаяся, того и гляди из орбит выпрыгнут.». Так она простояла еще примерно около получаса. Ничто не осталось без внимания и упрека. Ни одна часть ее тела ей не нравилась, кроме одной вновь приобретенной вчера. Девушка нежно положила ладони на слегка выдающийся животик и стала его нежно гладить. Это приносило ей полное удовлетворение и мысли ее таяли и улетали куда-то далеко далеко, где не было ни проблем ни забот… Не было ничего, ничего кроме удовольствия. Очнувшись, Ксюша вновь взглянула в злощастное зеркало, недовольно надула губки и отвернулась. «Надо что-то с этим делать». И она знала что. Ехидно улыбаясь сама себе, рыжая плутовка отправилась на кухню, где стала греметь кастрюлями, орудовать ножами и прочими столовыми приборами.

  Когда все, что Ксюша с таким трудом наготовила себе на обед, было перенесено на просторный стол, сил у нее уже просто не оставалось. Девушка придвинула большое мягкое кресло к столу и плюхнулась в него. Часы показывали два часа дня. Она оглядела все что стояло перед ней на столе и задумалась: «Я конечно решила, что с сегодняшнего дня мой живот не будет пустовать ни одной минуты, но для одного только обеда я похоже перестаралась». Два ароматных супа, один наваристее другого, пюре, обильно приправленное сметаной, скворчащая сковородка с дюжиной котлет, три салата, пирожные, конфеты и прочие сладости. Все это по замыслу Ксюши должно было составить ее сегодняшний обед. Она какое то время сомневалась, а не переборщила ли она, но успокоив себя мыслью, что сегодня завтрака то у нее не было, начала раздумывать с чего бы начать трапезу.

Ксюша пожала плечами – «Первое есть первое…» — взяла большой половник и налила себе первую тарелочку супа. Он оказался на удивление вкусным, она никогда и не подозревала в себе таких кулинарных способностей. Пока девушка мысленно рассуждала об этом, опустела первая тарелка, за ней вторая, третья… Ксения тяжело выдохнула и откинулась на спинку кресла. «Как приятно. Эта давящая, но приятная тяжесть в животе. Я прямо чувствую как внутри меня что-то происходит. И почему я не пробовала этого раньше?» — она посидела так минут пять. «Ну, надо продолжать. Еда сама себя не съест.» — и с этими мыслями она принялась за следующий супчик. Он, на удивление самой девушки, так же легко и просто исчез в животе маленькой обжорки. Но теперь перерыва уже не было. Как только опустела последняя тарелка супа, в нее тут же было направлено несколько крупных ложек пюре и тройка котлет. Затем все это перекочевало в желудок девушки. Когда с первой порцией второго блюда было покончено и пришло время для второй, она почувствовала, что дальше дела так лихо уже не пойдут. Хотя она еще могла есть, желудок уже начинал упираться. Каждую новую порцию девушка пережевывала все дольше и дольше, не решаясь проглотить ее. И тут до нее дошло – «Вот же балда! Да кто же устраивает праздник живота с застегнутыми штанами» — и не размышляя ни секунды она скинула с себя штаны и маечку. Теперь наша королева восседала на своем мягком троне в одних только тоненьких кружевных трусиках. «Ну ничего себе!» — от увиденного у девушки загорелись огоньки в глазах. Твердый округлый животик уже довольно приличных размеров выступал вперед и лоснился от выступившего на нем пота. Он был такого размера, что сверху трусиков уже не было видно. Ксюша нежно погладила свое сокровище и внизу живота пробежала приятная теплота. – Ах! Теперь ничто не могло остановить нашу обжору, она как бешеная накинулась на еду и только пустые тарелки одна за другой отлетали от нее в стороны. Пюре и котлеты были благополучно отправлены в чрево рыжей чревоугодницы, затем туда же последовали пирожные. На пятом пирожном девушка резко остановилась и схватилась за свой живот. В этот момент он представлял шар уже довольно внушительных размеров. От объемов проглоченного он больше походил на живот беременной женщина на седьмом месяце беременности, чем на животик слегка переевшей девушки. – Оооох…. Пузо мое, пузо – простонала Ксения – Я сейчас лопну – и с этими словами она грузно откунулась на спинку кресла. Не тренированный желудок ее не мог вместить и половины того что в нем сейчас находилось. Но в порыве нахлынувших новых чувств, Ксюша набивала его до тех пор, пока у него не осталось выхода, и он выразил свой протест резкой жгучей болью. – Ой ей ей… Сейчас взорвусь! Сейчас меня точно порвет! Она боялась пошевелиться, обхватив свое переполненное пузо руками, как будто только это ее спасало от разрыва, запрокинув голову назад могла только издавать только жалобные писклявые стоны. Купол ее живота поднимался вверх и опускался вниз в такт ее редкому прерывистому дыханию. И казалось, что с каждым новым вздохом он как будто бы увеличивался в размерах.

   В таком положении наша обжорка провела около трех часов. Ее сильно клонило в сон, но боясь отпустить свой живот она только вслушивалась в собственное дыхание, а глаза ее бесцельно смотрели куда-то вперед и вдаль.

Когда боль мало-помалу стихла и она наконец решилась пошевелиться, желудок не высказал никаких претензий, а лишь протяжно и громко простонал – мол, надо бы еще подкрепиться. Чего сидим то? Этот звук вызвал у девушки приступ необъяснимой ярости «Ах ты, дрянное пузо! Ну я тебе покажу. Не желало вместить полный объем обеда, тогда я тебе устрою внеплановую тренировку». Обхватя живот, она с трудом смогла наклониться вперед чтобы встать. С пятой попытки ей это наконец удалось и, поддерживая вредное пузо снизу двумя руками, в перевалку пошла на кухню. «Сейчас. Сейчас ты у меня получишь» — ехидно улыбаясь и в то же время с выражением сладкой мести, Ксюша взяла трехлитровую банку компота и сорвала с нее крышку. Широко расставив ноги и выпятив вперед живот, она начала пить компот большими глотками, делая небольшие паузы чтобы перевести дух. Когда пустая банка оказалась на столе, девушка звонко шлепнула ладонью по раздувшемуся до огромных размеров пузу – «Ну что, получило?». Глухой звук, раздавшейся внутри переполненного до краев брюха девушки, и ощущение его твердости, пробудило в ней очередную волну дикого голода. Как только могла, она добралась до кресла и снова упала в него. Живот под собственным весом опустился вниз и разлегся на бедра девушки. Та в свою очередь с новой силой начала вталкивать в него все новые и новые порции сладостей.

 «Ты опять за свое, упрямое пузо?» — очередной кусок застрял у Ксюши в горле. Она протянула руку вперед, чтобы взять со стола бутылку газировки и запить этот неповинующийся кусок пирожного. Но каменно твердый живот ее не дал ей возможности согнуться вперед ни на миллиметр. Она закрыла глаза, сомкнула покрепче губы и со всей, что есть силы, сделала глоток. Кусок пирожного нехотя пополз в чудовищно переполненный желудок девушки. Дышать она могла только через раз и то очень маленькими порциями, желудок внутри раздался во все стороны и сильно сдавил диафрагму девушки. Живот был раздут до такой степени, что уперевшись в ноги обжоры мог увеличиваться только вверх и в стороны, что собственно уже и делал последний час беспрерывного его наполнения.

Ксения сидела вдавленная в кресло тяжестью, теперь уже горячо любимого своего пуза, и громко икала. С каждым иком волна прокатывалась по ее животу и он слегка подпрыгивал у нее на ногах. Она была счастлива, довольная и полная блаженства улыбка сияла нее лице. С каждой минутой ее веки становились все тяжелее и тяжелее. В очередной раз громко икнув, Ксения вздрогнула и забылась безмятежным сном младенца. Живот отозвался длинным и протяжным урчанием. Сладкие выходные подходили к концу.

382 просмотра

Рейтинг: +5 Голосов: 5

Комментарии 2